Читаю я тут книгу одну. Глава, которой посчастливилось сегодня быть прочитанной так и называется «автобиография». Понятное дело, она о том, как можно писать о своей жизни.

Такой текст пишется далеко не всегда для публики. Он может лечь в стол на долгие года, а потом оказаться прочитанным потомками. Или никем и никогда.

Упоминался в главе и Пушкин, который склонял своих друзей и близких в любом возрасте, молодыми иль старыми, писать мемуары.

А следом за этим были размышления о современных форматах общения. И тут стрельнуло у меня.

Ё-моё, мы же будем потерянным поколением! Раньше все эти записи можно было найти и сохранить. Возможно, не всем материалам везло и не все сохранилось, но шанс был.

Даже я вспоминаю свое детство, когда старая бабушка (так мы почему-то называли прабабушку) уже давно умерла. В шифоньере я нашел коробочку с ее записями, библией и фотографиями. После человека оставался след.

А что сейчас? Все на устройствах, которые мы то ломаем, то теряем. Да, и в облаках, конечно. За облако не заплатишь и прости-прощай все содержимое. Пароль не знаешь, тоже проходите мимо. Вот так мы и можем оказаться поколением, даже поколениями, которые по большей части останутся вытерты из истории человеческой.

Кто-то скажет, что наши дети будут хранить историю, но я на это сильно надеяться не стал бы. Я даже про родителей своих могу рассказать только то, что видел сам (и скорее всего половину перевру), а какая была жизнь у моих бабушек и дедушек — это вообще неизвестность.

Немного страшно от этого осознания.